Я не приравниваю эти оскорбительные заявления и образы к той нетерпимости к евреям, которую распространяли Гитлер, Фаррахан или даже Генри Форд. Но и говорить о безвредности «мягкого» антисемитизма тоже было бы ошибкой. Именно из-за его обычности и глубокого проникновения в общество и массовую культуру «мягкий» антисемитизм служит плодородной почвой для более агрессивных и опасных форм нетерпимости к евреям. Дети, которые слышат от взрослых, или в классной комнате, или в церкви во время воскресной проповеди случайно оброненные и необдуманные антисемитские высказывания, часто сами становятся взрослыми, уже «знающими» о том, что евреям доверять нельзя, что они лживые и подлые. И такое «знание» не требует от человека собственных размышлений. Это «знание» находится в подсознании, так же как и другие факты, усвоенные ребенком за время взросления. Например, что Джордж Вашингтон ни разу в своей жизни не солгал, что слоны ничего не забывают, что у пиратов была повязка на одном глазу и что молния никогда дважды не ударяет в одно и то же место.

Люди, в детстве сталкивавшиеся с отдельными проявлениями антисемитизма (как все мы до определенной степени), начинают считать их само собой разумеющимися. Став взрослыми, они склонны замечать и запоминать «факты» и выражения, соответствующие их внутренним представлениям о евреях, игнорируя при этом и забывая все этим представлениям не соответствующее. Если менеджер магазина, который носит еврейскую фамилию, отказывается выполнить возврат стоимости покупки — хотя покупатель, как ему кажется, имеет на это право, то последний назовет такой поступок «типичной еврейской жадностью». И даже не вспомнит о тех десятках случаев, когда другие продавцы с еврейской фамилией обращались с ним любезно и предупредительно.

Если человек однажды попадет в неприятную ситуацию, он может пойти по психологически комфортному пути наименьшего сопротивления — обвинить в своих проблемах евреев. «Почему мне не досталась вакансия, на которую я подавал заявление? Потому что начальник-еврей; должно быть, взял на эту работу кого-то из своих». «Почему такие высокие налоги? Потому что правительство отправляет слишком много денег в помощь империалистическим евреям в Израиле». «Почему банк отказал мне в кредите? Потому что еврейские банкиры держат все мировые финансы мертвой хваткой». Поверить в подобные вещи очень просто, если вас на протяжении всей жизни сопровождают антисемитские предположения и особенно если вы никогда не слышали, чтобы их кто-нибудь оспаривал.

Вот почему в данной книге и в моей работе в Антидиффамационной лиге я очень серьезно воспринимаю все формы предубеждений и нетерпимости. Я не считаю их все в равной степени опасными и (как говорят некоторые) не «вижу притаившегося антисемита под каждой кроватью». Но я знаю: невежество, непонимание и ошибочные суждения могут создавать климат, в котором вдруг станут допустимыми более агрессивные и опасные формы нетерпимости.

На этом фоне становится очевидным особое значение третьего столпа антисемитизма — мифов о евреях и их отношении к деньгам. И так уж получилось, что именно это третье верование сильнее укоренилось в ежедневной жизни, культуре и в общественном сознании.