В традиции свободного предпринимательства контроль можно осуществлять только на уровне отдельных участков. Однако в случае «Мэдисон-сквер-гарден» и Ипподрома Томпсона контролируется уже почти вся территория городского квартала.

Сам квартал теперь оснащен техническим инструментарием, который позволяет ему изменять и искажать существующий порядок вещей до полной неузнаваемости, провозглашая свои собственные законы или даже идеологию в соперничестве с другими кварталами. Квартал становится «парком» в кони-айлендском смысле: он предлагает агрессивную альтернативную реальность, рассчитывая на дискредитацию и полное замещение реальности «подлинной».

Множество интеллектуальных прорывов и при этом — тройной тупик Мэдисон-сквер в 1909 году, смонтированная фотография Справа налево- Флэтайрон-билдинг, Метрополитен-лайф- билдинг, Мэдисон- сквер-гарден — три независимые архитектурные мутации перед слиянием, результатом которого станет настоящий небоскреб «Храм коммерции» Вулворт-билдинг, 1913 год, 60 этажей (архитектор Касс Гилберт) Первое РЕАЛИЗОВАННОЕ соединение всех трех архитектурных мутаций

Такой «парк» не превышает размеров квартала: это все, что может взять в оборот конкретный «планировщик» или какая-то конкретная «идея».

Поскольку по негласным законам решетки все манхэттенские кварталы одинаковы и подчеркнуто равнозначны, изменения внутри одного касаются всех, как бы напоминая об их скрытом потенциале: теоретически каждый квартал может теперь стать оазисом неотразимой искусственности. Сама эта возможность предполагает отчуждение кварталов друг от друга: город перестает быть более или менее единой тканью, мозаикой из взаимодополняющих элементов — теперь каждый квартал совершенно сам по себе, одинок словно остров.

Манхэттен превращается в сухопутный архипелаг кварталов.